Встреча с Культурой

По телефону мне сказала женщина, представившаяся Татьяной Николаевной, как дойти – найти нужный адрес и что при себе надо иметь из вещей: спортивную одежду и простыню. Разговор был недолгий, но спокойствия внутреннего и уверенности мне хватило до следующего дня (и это после полумесяца беспокойствия, треволнений и испуга!). Это значительно позже поняла, что работа со мной началась уже с того мгновения, когда я в телефонную трубку пролопотала свой диагноз.

Так получилось, что мне в первый раз пришлось обращаться к представителям так называемой народной медицины. Каких только мыслей не было в голове перед первым посещением, даже пыталась представить для себя первую встречу и то, что буду говорить. А оказалось всё совсем не так.

Адрес нашла довольно быстро, по которому оказался невзрачный частный дом. Можно сказать, что ничего примечательного не было, кроме большого лохматого пса на огороде. Красивые всё-таки собаки сенбернары! Может быть, любить я их не научилась, но то, что из всех пород собак ближе их нет для людей, знаю точно. Тогда я даже не подозревала того, сколь много сделает для меня собака по кличке Чет. Уже забегаю вперёд в своём повествовании, буду стараться этого не делать.

На пороге меня уже встречала Татьяна Николаевна.

- Проходите в дом, …?

- Вера Михайловна.

- Проходите в дом, Вера Михайловна. Я прекрасно помню, как Вас зовут. Неуверенно чувствуете себя, боитесь?

- Я не…

- Боитесь, не обманывайте сами себя.

- Даже не знаю с чего начать…

- А Вы просто рассказывайте.

Рассказывала я долго. Впервые в жизни говорила так долго и меня не разу не перебили. Меня слушали! Внимательно слушали больше часа. Слова текли сами собой вместе со слезами и соплями. Закончила я свой монолог придуманной загодя фразой:

- Мне сказали, что Вы рак лечите, помогите мне!

- Мы не лечим. Если хотите что-то лечить, то это к медикам, - раздался у меня за спиной мужской голос. Я резко повернула голову…

- Не надо так резко головой крутить, шею заклинит от Вашего остеохондроза. Потом будете везде рассказывать с вывернутой шеей, до чего Вас бабка довела. Хи-хи.

В кресле у входа в комнату сидел седой бородатый дед, очень небрежно одетый. Это позже я поняла, что ему лет сорок. Оказалось, что он тоже слушал мой долгий рассказ, а я даже не заметила, что кто-то кроме меня и Татьяны Николаевны находился в комнате.

- Это Сергей, мой муж. Мы работаем вместе, - представила мне Татьяна Николаевна.

Вообще-то я сидела немного очумевшая, когда услышала то, что рак здесь не лечат.

- Правда, никого не лечим. Мы людей в порядок приводим, а если они при этом ещё и хворать перестают, то это всего лишь, как говорится, издержки производства. А в случае с раком вообще интересно получается: его вылечить нельзя, потому что по своей причине рак – это не болезнь. Значит, вылечить его невозможно. Он плата людям от глупости. А более жалостливой истории я в жизни своей не слышал. Понял только одно: ты, милая моя, белая и пушистая, а все остальные гады, не понимают тебя и палки в колёса твоей жизни так и летят со всех сторон. Если такая хорошая, то почему болеешь? В порядочек саму себя будешь приводить?

- А рак груди пройдёт? – я просто не нашла слов, чтобы сказать что-то другое. Мысли мои от услышанного шевелились с трудом.

- А это от Вас зависит. Мы с Вами работать будем 50 на 50: Вы работаете – мы работаем, не будет у Вас желания работать – мы тоже палец о палец не ударим, - Татьяна Николаевна внимательно смотрела на меня, когда я повернулась в её сторону.

- А что делать надо?

- Выше головы прыгать не придётся, - это уже голос Сергея за спиной. Снова пришлось повернуться к нему. – А ты, милая, что ждала: заговоры – отвороты – привороты – бубен? Так нету у нас никаких бубнов. И заговоров не знаем. У нас нормальная работа. Будешь пахать – будешь здорова. Ответь на вопрос: зачем тебе жить, кому ты нужна?

- …? Сыну нужна, мужу нужна…

- А ты у них спрашивала? Это ты только думаешь, что нужна кому-то, а так ли это на самом деле? – это уже вопрос Татьяны Николаевны.

Меня спрашивали с разных сторон минут десять. Вопросы сыпались, как град. Я только успевала поворачиваться.

- Вы должны знать три вещи. У нас можно всё. Никто не побежит на площадь кричать о том, что будем делать и о чём будем разговаривать. И третье: Вы станете другой. Если устраивает, то… Слова – это ветер. Делать будем?

- Будем…

…Я сидела и пила горячий чай. Определить моё состояние можно было одним словом – пустота. Передо мной сидел Сергей и говорил. Слова плыли, удалялись, приближались.

- Не старайся запомнить то, что я говорю. Просто слушай. Пей горячее. Это тебе сейчас нужно.

Приводила я себя в порядок полторы недели. Это на самом деле работа и беседы, беседы, беседы. Через полторы недели я пришла к профессору. Опухоль в груди он у меня не обнаружил, но очень успокоил, сказав, что метастазы могут пойти в позвоночник. Добрые у нас доктора!

Со снятием диагноза мне пришлось побегать, пройти независимое обследование. У других людей, которые приводили себя в порядок, было проще: кому-то писали, что диагноз не подтвердился, а у кого-то медицинские карточки просто пропадали. Хорошая у нас медицина. Пока не болеешь.

Но я на самом деле благодарна профессору, иначе никогда бы не познакомилась с ведуном.