Чудесное и глупое

Не захотели мы обойти вниманием одно высказывание, которое прочитали, не помним у кого, но в литературе типа справочника: «Альберти поднял идеи Брунеллески на уровень научной теории и писал трактаты по живописи, скульптуре и архитектуре, с которыми Леонардо, по мнению историка искусства Б.Бернсона, наверняка должен был ознакомиться».

Леон Баттиста Альберти – это, как считается, учёный и архитектор эпохи Возрождения. Опять появился Лев, и мы просто не поверили в то, что в указанном имени всё просто и чисто. Да и «Беров» хватает, а это тем более настораживает.

Склеили мы это имя в целое и прочитали:

леонБаттистаАльберти – Ле Он БаттистАльберти – Лео Баттистальберти – Ле Оба тут стал Бер ты.

Интересное «имя» получилось, но нам стало смешно другое. Надо помыслить над фамилией Альберти:

Мыслете Альберти – М.Альберти – Мальберти – Мольберт и…

И кисть, наверно, которой рисуют. Стоит прочитать высказывание несколько иначе.

Только не стоит торопиться. Приведём ещё одно высказывание: «…с раннего возраста обучался чтению, письму и счёту, а так же немного латыни; отец его был нотариусом и думал, что сын займётся тем же. С ранних лет он проявлял интерес к рисованию и к живописи и занимался этим очень успешно. Когда отец решил, согласно обычаю, обучать его ремеслу…».

Если бы мы не знали того о ком это написано, то решили бы, что пишут о Леонардо. Отец Леонардо был нотариусом, обучал сына, скорее всего, точно так же, сын же был увлечён рисованием. Всю свою жизнь Леонардо да Винчи неплохо знал латынь, но относился к ней, как к несерьёзному занятию. И нотариусом Леонардо не стал. Только написано выше не о нём. Мы взяли выписку из биографии Филиппо Брунеллески, который родился аж в 1377 году, место действия всё та же Флоренция – родина Леонардо да Винчи.

Сколько занимаемся кириллицей, всё время не покидало ощущение, что все «биографии» знаменитых людей ловко перетасованы, как колода карт. Сегодня этого ощущения уже нет, сегодня уже точно знаем, что так оно и было. Тот же самый Брунеллески, фамилию которого достаточно прочесть наоборот, чтобы понять то, что что-то здесь не так.

Икс Еллену Рцы Б – Хеллену Рцы Б – Белену Рцы.

И даже не «объевшись белены» можно прочитать Брунеллески:

Бр у Немески (Бр у немецки) – Бр у Амески – Браме с Ки. Аж индийский Брама объявился!

Шутки шутками, но когда читаешь Хелена – Велена – Пелена и понимаешь, что некоей неизвестной Елене велено быть в пелене, при этом ещё начитавшись Нострадамуса, у которого про пелену спадающую тоже написано, да ещё и указание прочитать фамилию по-немецки… В общем, становится не так шутливо, когда приходит понимание того, что всех давно и со знанием дела водят за нос.

Мнение же историка искусств о том, что Леонардо должен был знать о работах «Мольберта и…», которые основаны на идеях Неизвестной Елены, звучит довольно глупо. Конечно же, Леонардо был знаком с мольбертом, он же художник. И Елена была ему хорошей знакомой. Мы так думаем. При этом белены не объедались.